Category: отзывы

Category was added automatically. Read all entries about "отзывы".

Ю. Ю.

ВНАЧАЛЕ БЫЛО ТЕЛО

Эта приятная для многих аксиома получила неожиданное подтверждение в виде роскошного альбома (дизайнеры оценят и коробку с гофрировкой, и разметку страниц, и шрифтовые игры, и методы подачи картинок) "ВНАЧАЛЕ БЫЛО ТЕЛО, ИЛИ РИТМОПЛАСТИЧЕСКИЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ НАЧАЛА ХХ ВЕКА". Автор Николетта Мислер давно занимается исследованием позднероссийского и раннесоветского пластического авангарда. И вот результат - не первый по времени, но первый по объёму, охвату, осмыслу. Манерные декадентские постановки. Экстатические пляски вакханок-дунканят (последователей главной Айсейдоры и её клонов). Синкопические прыжки под джаз. Фокстрот, шимми, чарльстон и прочие свинговые безумства. Кабарэ, синематограф, варьете, мюзик-холл. Собственно эксцентрический театр. Спортивные парады современья и реконструкции древнеегипетских (античных, средневековых) мистерий. Экзотические обычаи, верования и нравы разных регионов, выраженные через движение. Всю глыбу вековой пластической культуры вполне в духе утопически-романтических 1920-х пытались теоретически осмыслить, практически исследовать, футуристически предсказать в одном странном заведении. Хореологическая лаборатория ГАХН. Религиозные философы и эстеты-символисты перемешались среди преподавателей-исследователей с "пластитутками" многочисленных (разнонаправленных (соперничающих)) студий, джазменами проездом из Парижа, имажинистами-поэтами и кубистами-художниками. Флоренский и Фореггер, Волконский и Шершеневич, Чернецкая и Голейзовский, Якулов и Мессерер, др и пр. Как из дадаистических абстрактных спектаклей родились успешные эстрадные "танцы машин", из рукописных авангардистских книжек графики - пантомимные интерпретации русских классических беллетристов, а из пиктореалистической школы фотографий "ню" - инсценировки полётов в небеса среди полей да лесов неодетых несознательных молодых граждан молодой страны. Несколько успешных выставок "Искусство движения" подвели итоги работы странной лаборатории. Полёты в небеса раздетых людей, сценических конструкций и фантазии становились нежелательны. Туда отправляли теперь только лётчиков-асов и бомбардировщики. Наступали серые 1930-е. Часть материала в альбоме-монографии воспроизводится по недавно открывшимся архивам, часть - была ранее доступна только специалистам, часть - всем, но не в таком качестве. Сделано с любовью.

издательство "Искусство ХХI век",
2011 год, цена 3000 р.
Ю. Ю.

Теодор Адорно. «Жаргон подлинности»

«Жаргон подлинности» впервые бы опубликован в 1964 годы и предполагался в качестве своего рода пролегоменов к наиболее известному произведению Адорно - «Негативной диалектике».
Адорно исходит из того, что немецкая идеология (как и идеология вообще она понимается им в качестве общественно необходимой видимости) соскользнула в язык, сама невозможность которого в рамках буржуазного общества была извращенно понята немецкими философами, под которыми преимущественно подразумеваются экзистенциалисты типа Хайдеггера, Ясперса, Больнова, в качестве призыва к поиску «подлинного языка».
В этом выводе Адорно верен Вальтеру Беньямину, вернее, его теории об утрате ауры в эпоху технической воспроизводимости. Как известно, Беньямин ввел термин «ауры» тогда, когда то, что этот термин призван был обозначать («чувство» уникальности и неповторимости как бы окутывавшее вещь искусства), навсегда исчезло из нашего опыта. Сам факт технической воспроизводимости (например, посредством фотографии) любой вещи, став фактом мышления, навсегда устраняет возможность восприятия этой вещи как чего-то неповторимо уникального. Для Беньямина, как и для Адорно, это не хорошо и не плохо, просто – это так и есть. В отличие от того же Хайдеггера они совершенно безразличны в отношении вопроса подлинности – в конце концов, Беньямин просто «снимает» его, в то время как философы хайдеггеровского круга, воспринимая утрату ауры в качестве призыва к ее поиску, вызывают к жизни лишь иллюзию ауры.
Поэтому Адорно преследует цель показать, что построения философов-экзистенциалистов – Хайдеггера, Ясперса, Больнова и других – находят свою питательную среду в языке и мышлении немецких обывателей, мелких буржуа обеспокоенных изменением привычного для них быта, и не имеют ничего общего с провозглашаемым этим языком раскрытием бытия, хотя бы постольку, поскольку последнее просто невозможно. На уровне слияния господствующей пошлости с пошлостью буржуазного господства утрачивается какая-либо разница между языковыми ужимками тех, кого «школьные головы отвергнут, предположительно, с негодованием» и философемами Хайдеггера и Ясперса. Напротив, «они [т.е. философы-экзистенциалисты] уже пишут в той самой манере, которую презирают, дабы утвердить свое собственное превосходство у малых. Их философемы проливают свет на то, чем питается жаргон и умолчание чего является одной из составляющих его суггестивной силы» [187-188].
Если философские понятия получают свои избыточные (по отношению к обыденному языку) значения лишь в констелляции, то есть в созвездии или со-расположенности остальных философских понятий, каждое из которых – мгновенная актуализация всех связей и отношений, существующих внутри философии, то в противоположность этому жаргон выдергивает слова из этого порядка связей, полагая, будто бы слово, в своей изолированности, само по себе будет возвещать об истине.
Слова, принадлежащие жаргону – подлинность, встреча, экзистенция и прочие – тем самым обнаруживают себя помещенными в «стеклянный купол идеальности» и уже потому изъятыми из реальности и значимыми только для себя. Они – фетиши и знаки социальной принадлежности говорящего, пришедшие на смену неуместной в послевоенной Германии партийной атрибутике, но не понятия, которые посредством негации, участвуют в познании истины, которая может быть дана лишь негативно, в форме неистины, как результат критики устойчивых, связанных с миром капитала и стабилизирующих этот мир представлений.
В этом последнем прослеживается вся слабость позиции Адорно, совершенно в духе младогегельянства, когда-то раскритикованного Марксом, допускающего, что демонстрация всех перечисленных фактов, касающихся жаргона, «взорвет его» [189] как только факты будут осознаны. Капитализм, который непрерывно воспроизводит многочисленные идеализмы, знает тот факт, что идеология не может быть устранена никакой критикой, до тех пор, пока эта критика не будет сопряжена с практикой, направленной на устранение тех структур, которые и делают идеологию «общественно необходимой видимостью».

Адорно Т. В. Жаргон подлинности
Издательство "Канон-Плюс", 2011
Цена 200 р.